Художественным выражением ереси пелагианства может служить картина Павла Рыженко «Победа Пересвета» (2005). Мощный конь выносит с места поединка мощного воина. Он смертельно ранен, но взор его спокоен и твёрд: он выполнил свой долг.

Какому духу внимают взирающие на этот образ святого Александра? Какому угодно, только не христианскому. Почему? Потому что дух Христов дышит в стихах Псалтыри: Не в силе ко́нстей восхо́щет, ниже в лы́стех му́жеских благоволит. Благоволит Господь в боящихся Его, и во уповающих на милость Его (Пс. 146:10, 11).

А я-то думал, Советский Союз закончился. Нет, СССР продолжается в наших умах и сердцах. И Ленин такой молодой, самонадеянный и вечно живой, с нами.

Помимо «Победы Пересвета» другая картина Павла Рыженко может быть названа художественным выражением веры, которую я бы назвал советским православием, ― «Ослябя».

Не надо было художнику обнажать руки монаха, чтобы показать их могучесть, потому что, можно не сомневаться, преподобный Родион не стал бы ходить на людях с закатанными рукавами. И богатырский вид преподобному Александру тоже не стоило бы придавать. Что вы говорите? Как бы он победил ужасного Кочубея, если бы не имел силы, которую и хотел показать художник? А как Давид победил Голиафа? Божией силой он его победил, а не своей. Что вы ещё говорите? Что Васнецов изобразил Илью Муромца богатырём? Так он былинного героя рисовал, а не монаха. Рыженко же из монаха сделал советского воина. Ветхозаветный иудей Давид, как он описан в книге Царств, более христианин, чем православные святые, нарисованные Павлом Рыженко.

И сказал Саул Давиду: не можешь ты идти против этого Филистимлянина, чтобы сразиться с ним, ибо ты еще юноша, а он воин от юности своей. /…/ И одел Саул Давида в свои одежды, и возложил на голову его медный шлем, и надел на него броню. И опоясался Давид мечом его сверх одежды и начал ходить, ибо не привык к такому вооружению; потом сказал Давид Саулу: я не могу ходить в этом, я не привык. И снял Давид все это с себя. И взял посох свой в руку свою, и выбрал себе пять гладких камней из ручья, и положил их в пастушескую сумку, которая была с ним; и с сумкою и с пращею в руке своей выступил против Филистимлянина.
(1 Цар. 17:38-40).

Каково продолжение этого стиха?

Ти́и (т.е. те, кто на колесницах, и те, кто на ко́нех. ― Г.С.) спя́ти быша и падо́ша, мы же востахом и исправихомся (Пс. 19:9).

Похоже, не исправились. Похоже, советский опыт не научил нас смирению. Похоже, не пошёл русским христианам впрок суровый советский урок, если картины Павла Рыженко востребованы и покупаются православными.